|
|
|
||||||
|
|
|
||||||
|
Чукчи |
|||||||
|
|
|
Хозяйственные занятия |
|
|
|||
|
|
|
||||||
|
|
Чукчи делилась на кочевых («оленных»), оседлых («сидячих»), которые имели оленей в
незначительном количестве для использования в качестве
транспорта на охоте и «пеших» – оседлых охотников на морского
зверя. Хозяйство чукчей было комплексным, выделилось
оленеводство, морской зверобойный промысел. К приходу русских,
и оседлые, и кочевые чукчи охотились на диких оленей, что было
большим подспорьем в их хозяйстве.
Чукотское оленеводство в конце XVII – первой половине XVIII
вв. еще не сложилось в самостоятельную отрасль, оно было
органически слито с охотой. В конце XVII – XVIII вв. чукчи
нападали на оленьи стада юкагиров и, чаще, на стада коряков и
угоняли оленей. Только к 80-м гг. XVIII в. нападения на
юкагирские и корякские оленьи стада прекратились, и
оленеводство у чукчей стало развиваться за счет естественного
прироста. К середине XIX в. большая часть чукчей была занята
выпасом и разведением домашних оленей (рис. 1). В XIX в. стадо
насчитывало, как правило, от 3 – 5 до 10 – 12 тысяч голов.
Тот, кто владел сотней оленей или менее, считался бедняком и
обычно не мог вести самостоятельное хозяйство. Оленеводство
тундровой группы имело в основном мясное и транспортное
направление. Олень давал все необходимое для жизни. Но и вся
жизнь оленеводов была связана с выпасом оленей, перекочевками
и подысканием наиболее удобных пастбищ (рис. 2-4). Летом стада
перекочевывали к берегу океана, где постоянно дует ветер и
холод, идущий от воды и льдов, отгоняли насекомых от стад.
Пребывание на побережье давало возможность заниматься морским
зверобойным промыслом и рыбной ловлей. Около четверти чукчей
на лето кочевали в горы, где лежал снег и гнус отпугивал
холод. С наступлением осени табуны продвигались вглубь
материка к границам леса на зимние пастбища, где были места,
защищенные от ветров и, по мере надобности, совершали
перекочевки на 5 – 10 км. Чукчи не знали пастушеских собак,
вся тяжесть по выпасу стада ложилась на плечи пастухов.
Большой урон оленеводству причиняли волки, вызывал болезни,
гнус, тяжелыми периодами было время гона и отела, тогда
пастухам помогали все жители стойбища. Зимой, в случае
гололедицы, приходилось проводить долгие изнурительные
перекочевки. С конца XIX – начала ХХ вв. в чукотском
оленеводстве отмечалось имущественное расслоение: обедневшие
оленеводы становились батраками, у богатых владельцев росло
поголовье; обзаводилась оленями и зажиточная часть оседлых
чукчей. С увеличением стад домашних оленей у чукчей шло резкое
сокращение охоты на диких оленей.
Рис. 1. Чукотский оленевод
Рис. 2. «Оленный» чукча с
оленями
Рис. 3. Чукотское стойбище
Рис. 4. Ловля оленя арканом
Промежуточное положение между оседлыми и оленеводами занимали
чукчи, которые имели незначительное количество оленей, что
принуждало их жить в непосредственной близости от морского
побережья, с тем, чтобы возмещать недостающие продукты питания
и другие средства к жизни за счет морского зверобойного
промысла и рыболовства. В стадах таких оленеводов обычно
выпасались олени оседлых чукчей и такие хозяйства насчитывали
150 – 200 оленей, они кочевали зиму и лето недалеко от
береговых поселков, преимущественно Тихоокеанского побережья
Чукотки. Для удовлетворения потребностей семьи требовался
необходимый минимум оленей – 200 – 250 голов. (Хотя существуют
и другие данные – 100 голов, или, напротив, 400 – 500)
(История и культура чукчей, 1987).
Во второй половине XIX в. хозяйство абсолютного большинства
чукчей сохраняло в основном натуральный характер. К концу XIX
в. увеличился спрос на продукты оленеводства, особенно у
оседлых чукчей и азиатских эскимосов. Расширение торговли с
русскими и иностранцами со второй половины XIX в. постепенно
разрушало натуральное оленеводческое хозяйство.
|
|
|||||