|
|
|
|||||||
|
|
Планетарная
уникальность
Камчатки Ю.Н. Голубчиков, В.Н. Бочарников |
|
||||||
|
«Русское»
открытие,
этапы
давней
и
недавней
истории
Камчатского
края |
||||||||
|
|
Ландшафты
и
биота
Камчатки
Ландшафтная дифференциация полуострова – одна из сложнейших в мире. Чередование высотных поясов гор и широтной зональности равнин усложняется на Камчатке долготной дифференциацией. В этом отношении разделенный меридиональными горными хребтами полуостров обнаруживает сходство с Кордильерами Северной Америкой.
В. Ю. Нешатаева
(2011) относит Западную Камчатку к подзоне северной тайги. Здесь широко распространены хвойные леса в сочетании со сфагновыми болотами и лиственничными марями. Центрально-Камчатская депрессия включается в подзону средней тайги, поскольку здесь повсеместно встречаются кустарничковые и мелкотравно-зеленомошные ельники и лиственничники. Восточная Камчатка принадлежит к лесотундре с господством кедрово- и ольхово-стланиковых зарослей и приморских кустарничковых тундр (вороничников) (Нешатаева, 2011).
Широтная зональность лучше всего представлена на приморских равнинах и в широких межгорных депрессиях. Наиболее разнообразными по набору древесных видов выглядят пойменные леса из тополя, чозении, ив, ольхи, черёмухи. Основной лесообразующей породой в горных лесах и на равнинах Западной Камчатки выступает берёза Эрмана, называемая также каменной берёзой. Она образует на огромном протяжении чистые редкостойные березняки, так называемые «парковые леса». У берега моря или на верхней границе леса в горах они сменяются каменноберёзовым криволесьем из низкорослых деревьев с причудливо изогнутыми стволами и ветвями (Якубов, 2007; Растения..., б.г.изд.).
Леса из каменной березы поднимаются до 400 – 500 м, а в центральной части Камчатки – до 600 – 800 м. Выше простираются заросли кедрового стланика и тундры. В субальпийском поясе господствуют кедровый стланик и ольха кустарниковая (или ольховый стланик), образующие труднопроходимые заросли. Им сопутствуют более низкие кустарники рододендронов, таволги и ивы арктической, чередующиеся с прогалинами лугов и тундр (Хоментовский, 1995).
Сложная зональная дифференциация Камчатки сочетается с разновозрастной литогенной основой вулканогенных отложений (Зонов, 1975; Манько, Седельников, 1989; Зонов и др., 2008).
В целом, ландшафты Камчатки напоминают субальпийские в более южных горах Японии и Восточного Китая. В то же время они близки и переходны к таежным ландшафтам тихоокеанского побережья Северной Америки, где также вдоль горных хребтов проявляется преобладание долготной зональности над широтной.
Одновременно ландшафты Камчатки близки к исландским, как по вулканической активности, так и по распространению березового криволесья, замещающего хвойные леса. Определенное сходство можно найти между ландшафтами Камчатки и субантарктическими островами Кергелен, Чатем, Фоклендскими островами, Огненной Землей.
Геологически не столь давно здесь могли быть уничтожены многие биологические виды, свойственные материку, и сейчас, возможно, происходит новое заселение полуострова. На Камчатке, например, до недавнего времени отсутствовали обычные в Магаданской области лось и рысь, но уже достаточно давно на территорию полуострова проникли бурый медведь, лисица, снежный баран и дикий северный олень.
Первые встречи с белками отмечены на Камчатке в 1920 г. на северо-западном побережье полуострова (Новограбленов, 1930). Первая пара крыс прибыла вместе с «Надеждой» Крузенштерна (Мери, 1965). Воробьи тоже попали с кораблями и совсем недавно - в
1978-1981 гг. (Лобков, 1986).
Многие из животных распространены по территории рассеянно и в небольшом количестве. Численность диких северных оленей даже до начала промышленного освоения горных районов полуострова не превышала 10–12 тыс. голов. На Камчатке нет змей, а до недавнего времени отсутствовали и лягушки, два вида которых интродуцированы сюда лишь в конце ХХ и начале ХХI веков (Ляпков, 2014, 2016).
Но есть не растущая больше нигде пихта грациозная. Единственное реликтовое местообитание этой пихты находится на восточном побережье Камчатки в устье р. Новый Семячик. И еще на громадном расстоянии от лесных массивов Северо-Восточной Азии раскинулся в Центрально-Камчатской депрессии, хвойный остров аянской ели и рощи из курильской лиственницы (Каяндера).
|
|
||||||