|
|
|
|||||||
|
Сейсмичность Курило-Камчатского региона и развитие метода
долгосрочного сейсмического прогноза на Камчатке
С.А. Федотов, А.В. Соломатин |
|
|||||||
|
|
||||||||
|
|
Создание и развитие метода долгосрочного сейсмического
прогноза для Камчатки
В начальный период детальных наблюдений основной интерес
представляли многочисленные относительно слабые землетрясения,
изучение которых позволяло решать научные задачи по построению
скоростных разрезов коры и мантии, годографов сейсмических
волн, изучению глубинного строения, размещения гипоцентров и
многие другие. В то же время, одной из важнейших задач
сейсмологических наблюдений является прогноз сейсмической
опасности.
Исследование сейсмичности Курило-Камчатской дуги до и после
сильнейших землетрясений 1958 и 1963 г.,
форшоков и
афтершоков этих землетрясений
указало пути решения не менее важной задачи – изучение
закономерностей развития и взаимосвязи очагов сильнейших
землетрясений, вносящих основной вклад в энергетику
сейсмического процесса. К 1964 г. были предложены две основные
идеи применяемого метода долгосрочного сейсмического прогноза
(ДССП): нахождение наиболее вероятных мест следующих
сильнейших землетрясений (сейсмических брешей) и определение
закономерностей развития сейсмичности в их очагах
(сейсмический цикл) (Федотов, 1965а, 1965б, 1968, 2005, и
др.).
В общем виде предложенные идеи отражают следующие
закономерности сейсмического процесса:
- существует тенденция однородного, без существенного
перекрытия, заполнения наиболее активной части
сейсмогенной зоны региона очагами
последующих сильнейших землетрясений;
- развитие сейсмического процесса в очагах сильнейших
землетрясений в период времени между ними происходит в течение
трех главных стадий сейсмического цикла: I –стадия
афтершоков, II – длительная
стабилизация, деятельность на среднем уровне, III –
форшоковая активизация.
Эти положения неоднократно проверялись и уточнялись (Федотов,
2005; Федотов, Чернышев и др., 1980, 1987, 2002; Федотов,
Соломатин и др., 2004, 2007, 2008, 2011). Методика выделения
сейсмических брешей широко применяется сейсмологами США,
Японии, Мексики и других стран.
Первое успешное испытание долгосрочных сейсмических прогнозов
на основе таких представлений наступило уже в 1968 г., когда в
соответствии с прогнозом на 1965-1970 г. произошло заполнение
сейсмической бреши у Северо-Восточной Японии очагом
сильнейшего землетрясения 16 мая 1968 г. (Fedotov
et
al., 1970).
Исключительно успешным оказался и следующий прогноз на
1971-1975 гг., по которому вероятным местом следующего
землетрясения с М ≥ 7.7 был Камчатский залив,
расположенный у восточного побережья Камчатки. Летом 1971 г.
туда был направлен геодезический отряд Института вулканологии,
выполнивший важное показательное высокоточное нивелирование
вдоль берега залива перед землетрясением с М=7.8, которое
произошло в Камчатском заливе 15.XII 1971 г. в полном
соответствии с прогнозом.
Подтвердился также долгосрочный сейсмический прогноз этого
периода места следующего сильнейшего землетрясения 17.VI 1973
г. восточнее Малой Курильской гряды, М=7.9 (Федотов,
2005).
В целом точность предложенного С.А. Федотовым метода
долгосрочного прогноза мест следующих сильнейших землетрясений
оценивается величиной 80%. Практически все Курило-Камчатские
землетрясения, а также землетрясения Северо-Восточной Японии
происходили после 1965 г. в указанных сейсмических брешах
(Федотов, 2005; Федотов и др., 1987, 2004, 2007, 2011).
Важнейшими параметрами, характеризующими активность
сейсмического процесса при оценках сейсмической опасности в
предложенном С.А. Федотовым методе долгосрочного сейсмического
прогноза (ДССП), являются следующие: сейсмическая активность
A10, характеризующая пространственно-временную плотность
относительно слабых землетрясений, с энергетическим классом
Ks=10 (Федотов, 1972), и
относительная пространственно-временная плотность выделения
сейсмической энергии – D (Федотов, 1968, 2005; Федотов и др.,
1980, 2008, и др.).
Параметр A10 с высокой степенью детальности отражает
пространственно-временные вариации интенсивности сейсмического
процесса и количества землетрясений. Параметр D определяет
энергетическую составляющую сейсмического процесса, и
характеризует выделение сейсмической энергии по отношению к
средней такой величине. Он определяется относительно редкими
средними и сильными землетрясениями.
В дополнение к указанным выше параметрам был введен также
параметр A11, характеризующий свойства сейсмичности в средней
части энергетического диапазона, землетрясениями
энергетического класса
Ks=11÷12. Первоначально он
был создан в качестве замены параметра A10 для распространения
метода ДССП в район Северо-Восточной Японии, где в 2005 г.
возле о. Хонсю была выделена протяженная сейсмическая брешь 11
марта 2011 г. заполнившаяся катастрофическим землетрясением с
M=9 (Федотов и др., 2011). Затем параметр A11 вошел в базовую
часть метода (Федотов и др., 2008).
В первоначальном варианте метода долгосрочного сейсмического
прогноза (ДССП) на основе определения сейсмических брешей и
оценки параметрами A10 и D уровня сейсмичности различных
участков Курило-Камчатской
сейсмогенной зоны указывались
только степени их сейсмической опасности. В дальнейшем переход
к вероятностным оценкам сейсмической опасности на основе
указанных параметров по отношению к их средним по дуге
долговременным определениям (Федотов, Чернышев, 2002) позволил
не только повысить точность прогнозных оценок, но и обеспечил
возможность их суммирования, определения тенденций развития
сейсмического процесса.
В настоящее время, согласно данным ДССП, во всей
Курило-Камчатской дуге выделяются два больших сейсмически
опасных сектора, характеризующихся наиболее высокой
вероятностью возникновения сильнейших землетрясений (рис. 1).
В ноябре 2018 –октябре 2023 гг. наиболее опасным, с
вероятностью сильнейшего (M ≥ 7.7) землетрясения 35.9 %,
является район Южная Камчатка –
Авачинский залив, представленный
сейсмическими брешами, участками 11б и 12б. Вместе с
окружающими участками данный район с вероятностью 49.5 % в
указанный период угрожает г. Петропавловск-Камчатский
землетрясением силой 7-9 баллов и с вероятностью 15% -
землетрясением силой 9 баллов. Опасность 9-балльного
землетрясения здесь четыре раза больше средней для участков
дуги.
Рис. 1. Карта долгосрочного сейсмического прогноза для
Курило-Камчатской дуги, очагов
курило-камчатских землетрясений 1902-2018 гг. с M ≥ 7.7
и вероятностей возникновения неглубоких (H < 80 км) таких
землетрясений в XI 2018 - X 2023 гг. во всех участках полосы
прогноза. 1 - номера участков; 2 - инструментальные эпицентры
главных толчков землетрясений с M ≥ 7.7; 3-6 - границы
очагов землетрясений с M ≥ 7.7, проведенные с разной
точностью; 7 – эпицентры и предположительные области очагов
глубоких (H > 300 км) землетрясений с M ≥ 7.7,
треугольники - положение их главных
афтершоков; 8-9 – наиболее
вероятные и возможные области очагов следующих землетрясений с
M ≥ 7.7; 10 - границы участков прогноза; 11-12 - оси
глубоководных желобов и ось вулканического пояса; 13 -
вероятности землетрясений M ≥ 7.7 в период XI 2018 - X
2023 гг. 14 - области очагов землетрясений с M ≥ 7.7,
которые произошли после 1965 г. в предсказанных сейсмических
брешах; 15 - эпицентры неглубоких землетрясений, произошедших
в период XI 2013 - X 2018 гг., меньший кружок, соответствует
mb = 5.0-5.9, больший -
mb = 6.0-7.3, H < 80 км; 16 -
то же с H ≥ 80 км. Средняя вероятность возникновения
курило-камчатских землетрясений с М ≥ 7.7 в одном месте
в течение 5 лет равна 3.6-4.2%.
Вторым по уровню опасности является район Средних Курильских
о-вов, сейсмические бреши в участках 6, 8 и 9. Пятилетняя
вероятность сильнейшего землетрясения здесь оценивается
величиной 23 % (рис. 1).
Также высокой вероятностью характеризуются сейсмические бреши
на краях региона, в участках 1 и 15: 7 % и 9.3 %,
соответственно.
В остальных участках пятилетняя вероятность сильнейшего
землетрясения равна средней – 3.6-4.2 %, или ниже ее.
В дополнение к апробированным методикам оценок долговременной
сейсмической опасности применяется ряд методик краткосрочных
прогнозов, позволяющих учитывать значительные краткосрочные
изменения в сейсмическом процессе. Наиболее важными из таких
методик являются «сценарий
форшоков» и «сценарий
афтершоков» (Федотов и др., 1993,
1994).
|
|
||||||