Основные этапы развития пресноводной и морской биологии, океанологии и рыбохозяйственной науки

А.М. Токранов

Основные этапы развития пресноводной и морской …….

Природа Камчатки всегда привлекала к себе внимание учёных и натуралистов. Поэтому каждый из них, начиная с С.П. Крашенинникова (рис. 1) и Г.В. Стеллера, кому в XVIII-XIX веках довелось побывать на полуострове в составе различных экспедиций, в своих дневниках, отчётах и книгах приводил немало описаний представителей животного и растительного мира Камчатки и прилегающих к ней морских акваторий, особенностей их образа жизни и биологии. Доставленные ими в различные научные центры коллекционные материалы, постепенно формировали представление о богатстве и своеобразии флоры и фауны полуострова (Стеллер, 1999; Крашенинников, 2018).


Рис. 1. С.П. Крашенинников	Рис. 2. Ф.П. Рябушинский

Все побывавшие на Камчатке исследователи уделяли особое внимание богатству и изобилию лососёвых и других рыб, обитающих во внутренних водоёмах полуострова и прилегающих к нему морских акваториях, а также той роли, которую рыба играла в жизни коренного населения Камчатки. И хотя каждый из них, наряду с наиболее типичными и общими чертами, видел что-то своё, все натуралисты были едины во мнении о практически неисчерпаемых рыбных ресурсах этого края. В начале ХХ века свои впечатления о посещении Камчатки в книге «Экономический обзор Охотско-Камчатского края» описал А.А. Прозоров (1902). Главный вывод данного исследования – обилие рыбы на Камчатке так велико, что даже и речи не могло быть о возможности её истребления. Однако до начала XX века биологические исследования носили не регулярный характер, ограничиваясь, главным образом, наблюдениями, выполненными посещавшими Камчатку преимущественно в составе различных кругосветных экспедиций учёными и натуралистами.

Значительный вклад в исследование живой природы Камчатки внесла экспедиция Русского географического общества, организованная в 1908-1909 гг. на средства Ф.П. Рябушинского (рис. 2, 3). Зоологическим отделом этой экспедиции под руководством П.Ю. Шмидта, в состав которого входили также гидробиолог А.Н. Державин, орнитолог и энтомолог В.Л. Бианки, гидролог и лимнолог В.Н. Лебедев, был собран огромный фактический материал, характеризующий представителей различных групп фауны Камчатки (Токранов, 2008а).

Участники%20экспедиции%20Рябушинского

Рис. 3. Участники Камчатской экспедиции РГО, снаряжённой на средства

Ф.П. Рябушинского, на пароходе «Эйтин», 1908 г. (из: Комаров, 2008)

Летом 1908 г. после недолгого пребывания в Петропавловске-Камчатском, куда они прибыли из Владивостока на пароходе «Эйтин», члены Зоологического отдела высадились в Усть-Камчатске и обследовали приустьевую зону р. Камчатки и оз. Нерпичье. Затем они двинулись вверх по реке Камчатке, и дальнейшие исследования каждый из учёных выполнял самостоятельно. П.Ю. Шмидт (рис. 4) поднялся вверх по реке до Козыревска, откуда добрался до Кроноцкого озера и обследовал его окрестности (Токранов, 2008а,б, 2012). После возвращения к декабрю через Мильково в Петропавловск-Камчатский, он занялся систематизацией и обработкой собранных зоологических коллекций. Зимой посетил Паратунские ключи и предпринял три неудачных попытки восхождения на Авачинский вулкан. Лишь в четвертый раз в апреле 1909 г. ему удалось добраться до кратера вулкана и произвести там необходимые наблюдения (Шмидт и др., 1916).


Рис. 4. П.Ю. Шмидт	Рис. 5. А.Н. Державин

В конце апреля 1909 г. П.Ю. Шмидт вновь прибыл в Усть-Камчатск и совершил две поездки на Камчатский мыс для наблюдения за медведями и посещения крупного лежбища сивучей и птичьих базаров. В летние месяцы Пётр Юльевич занимался изучением лососёвых рыб р. Камчатки, посетил Нижне-Камчатск, долину р. Радуги и район вулкана Шивелуч.

А.Н. Державин (рис. 5) летом 1908 г. работал в долине р. Камчатки, где обследовал оз. Нерпичье, р. Еловку, вулкан Шивелуч и его ледники (Крохин, 1964; Токранов, 2008а,б). После возвращения в Петропавловск-Камчатский, осенью и в начале зимы изучал озера Култушное и Дальнее. Зимой учёный побывал на Курильском озере, посетив по дороге Шиковские горячие источники. Во время пребывания на Курильском озере он произвёл ряд промеров и исследовал вертикальное распределение температуры воды (Шмидт и др., 1916). А.Н. Державиным было установлено, что глубина этого водоёма превышает 300 м и что вследствие позднего ледостава вода в озере очень сильно охлаждается. На склонах вулкана Дикий Гребень А.Н. Державин нашёл и осмотрел сбросовое озеро, названное впоследствии его именем (рис. 6).

Рис. 6. Озеро Державина (из: Бугаев, Кириченко, 2008)

Летом 1909 г. А.Н. Державин продолжил работы в долине р. Камчатки, где исследовал озёра Азабачье, Красиково, Курсин и Крестовое. Обнаружив в них ракообразных морского происхождения, учёный пришел к выводу, что все перечисленные озёра являются реликтовыми. Осенью А.Н. Державин вторично побывал на Курильском озере, попутно обследовав Явинские и Паужетские горячие источники. На Курильском озере он сделал дополнительные промеры глубин, исследовал температурный режим водоёма в осенний период, обнаружил горячие источники на берегу озера в районе архипелага лавовых островов у подножья Ильинской сопки. По материалам Камчатской экспедиции А.Н. Державин описал реликтовую фауну морского происхождения в реках и озёрах Берингова и Охотского побережий, в частности, ряд новых форм мизид, бокоплавов и кумовых рачков дальневосточных морей (Державин, 1923, 1927). За доклад об озёрах Камчатки в 1910 г. ему была присуждена серебряная медаль Географического общества.

В.Н. Лебедев (рис. 7) в 1908-1909 гг. обследовал ряд озёр в бассейне р. Камчатки, в районе Петропавловска-Камчатского и на юге полуострова. Он составил подробную карту устья реки Камчатки и оз. Нерпичьего, изучил распределение глубин, термический режим, солёность и их другие гидрологические элементы. Учёным впервые проведено исследование оз. Азабачьего, во время которого были собраны данные о морфологии и термике этого водоёма. Им же составлена довольно подробная карта нижнего и среднего течения р. Камчатки, обстоятельно разобран процесс формирования такого своеобразного явления как блокированная дельта р. Камчатки, состоящая из ряда песчано-галечных кос, направленных перпендикулярно основному течению реки (рис. 8). По оценке специалистов, результаты его научных исследований, несмотря на краткость пребывания на Камчатке, могут считаться одними из лучших отечественных лимнологических работ того времени (Куренков, 2005).

Лебедев ВН

Рис. 7. В.Н. Лебедев

Рис. 8. Спутниковый снимок нижнего течения р. Камчатки (на переднем плане –

блокированная дельта, образовавшаяся за счёт прибойной деятельности морских вод)

(из: Бугаев, Кириченко, 2008)

За время экспедиционных работ 1908-1909 гг. Зоологическим отделом Камчатской экспедиции Ф.П. Рябушинского под руководством П.Ю. Шмидта был собран огромный фактический материал, характеризующий фауну рыб, птиц, млекопитающих, насекомых и пресноводных гидробионтов Камчатки. Сама же экспедиция оставила значительный след в исследовании Камчатки. Как указывал в 1910 г. учитель Ф.П. Рябушинского, профессор А.А. Ивановский, история русского землеведения не знала ни одной снаряжённой на частные средства, такой грандиозной и богато обставленной, выполненной с участием такого количества специалистов экспедиции (Токранов, 2008а).

Несомненно, что работа Зоологического отдела экспедиции дала определенный импульс дальнейшему развитию исследований фауны полуострова, поскольку собранные её участниками коллекционные материалы были переданы многим ведущим специалистами того времени для детального определения и описания новых видов. Уже в 1920-1922 гг. на Камчатке работала шведская экспедиция, участники которой исследовали видовой состав насекомых в местности, прилегающей к Петропавловску-Камчатскому, в долине р. Камчатки и на побережье Кроноцкого залива (Бугаев, Кириченко, 2008), а также ихтиофауну внутренних водоемов полуострова (Rendahl, 1931).

В последующие, за 20-ми годами ХХ века, десятилетия на территории Камчатки работало немало экспедиций различных академических и отраслевых научно-исследовательских институтов и университетов (в том числе, Зоологического института АН СССР, Института биологии моря, Института биологических проблем Севера, Биолого-почвенного института ДВО АН ССР, Московского и Дальневосточного государственных университетов и др.), которые сыграли важную роль как в изучение наземной и пресноводной фауны полуострова в целом, так и представителей отдельных групп животных – млекопитающих, птиц, рыб, насекомых, ракообразных, червей и т.д.

В 20-30-е годы прошлого века, наряду с ростом промышленного освоения биологических ресурсов дальневосточных морей, началось широкомасштабное изучение всего комплекса морских обитателей данного региона и условий их существования специалистами различных научных центров. С этой целью были организованы крупные комплексные экспедиции (в 1926-1928 гг. – Тихоокеанская экспедиция Государственного гидрологического института, в 1932-1933 гг. – Тихоокеанская комплексная экспедиция Тихоокеанского института рыбного хозяйства, Государственного гидрологического института и Тихоокеанского комитета АН СССР), которые позволили получить обширные материалы о видовом составе и закономерностях пространственного распределения различных животных, водорослей и сырьевой базе рыбной промышленности (Засельский, 1984).

Одним из первых исследователей ихтиофауны Авачинской губы стал Александр Михайлович Попов, который в 20-30-е годы прошлого века работал ихтиологом в Зоологическом институте Академии наук под руководством П.Ю. Шмидта (Балушкин, 2003). В 1930 г. А.М.Попов, проявлявший большой интерес к изучению рыб дальневосточных морей, был приглашён в Тихоокеанский институт рыбного хозяйства (ТИРХ) для участия в экспедиции АКО (Засельский, 1984). Ожидая в Петропавловске-Камчатском выхода в рейс, Александр Михайлович в летние месяцы 1930 г. выполнил ихтиологические и гидробиологические исследования в Авачинской губе. На основании этих работ в 1933 г. в журнале «Copeia» им была опубликована первая сводка по ихтиофауне данного водоема (Popov, 1933), в которой указаны места поимки 47 видов рыб, а также приведена краткая информация о степени их обилия и условиях обитания. Эта статья, наряду с более поздним сообщением К.А. Виноградова (1949), до конца XX века оставались практически единственной информацией о видовом составе рыб Авачинской губы (Токранов, 2007а). Помимо обзора состава ихтиофауны, по результатам работ 1930 г. А.М. Поповым дано одно из первых описаний дальневосточной зубатки (Попов, 1931), а также представлены данные о фауне Авачинской губы в целом и её распределении по биоценозам (Попов, 1935).

Кроме того, во время нахождения на Дальнем Востоке в 1930-1932 гг. А.М.Попов изучал промысловые ресурсы морских рыб и беспозвоночных Камчатки (Попов, 1934) и написал ряд статей о морских рыбах, в том числе одну из первых работ по фауне Охотского моря. Но вскоре по возвращению в Ленинград, в 1932 г. А.М. Попов ушёл из Зоологического института, оставив пост заведующего отделением ихтиологии из-за неизлечимой болезни (годом раньше институт покинул его учитель – П.Ю. Шмидт). О дальнейшей судьбе этого исследователя в довоенный период какие-либо достоверные сведения отсутствуют. Известно лишь, что во время войны в 1942 г. А.М. Попов был застрелен немецкими солдатами в г. Орле (Берг, 1947).

Однако как не велики были заслуги исследователей-одиночек и даже целых экспедиций, многие ведущие учёные в то время прекрасно понимали, что для более углублённого изучения морских обитателей и среды их обитания в дальневосточных морях России одних экспедиционных работ недостаточно, а необходимы стационарные исследования, для чего должны быть созданы специальные научно-исследовательские центры, станции и пункты. Поэтому, начиная с 1930-х годов, на Камчатке стали формироваться самостоятельные научные подразделения, специалисты которых внесли заметный вклад в изучение фауны полуострова, а также особенностей распространения и биологии отдельных представителей животного мира.

Первой попыткой организации таких стационарных исследований на Камчатке было создание летом 1931 г. по инициативе одного из основоположников отечественной гидробиологии и океанографии, профессора К.М. Дерюгина (рис. 9) в Петропавловске-Камчатском другим известным исследователем дальневосточных морей П.В. Ушаковым (рис. 10) Камчатской морской научной станции (КМС) Государственного гидрологического института (Ушаков, 1931а, 1931б, 1931в, 1934). Место для станции выбрано не случайно. К этому решению Павел Владимирович пришёл еще в 1929 г. во время захода в Петропавловск-Камчатский на ледорезе «Литке», о чём много лет спустя написал в своих воспоминаниях: «При увиденном величии Авачинского залива в меня невольно запало убеждение, что именно здесь необходимо организовать морскую биологическую станцию, что и удалось притворить в жизнь через три года…» (Ушаков, 2002. С.126).


Рис. 9. К.М. Дерюгин	Рис. 10. П.В. Ушаков

Камчатская морская станция входила в сеть опорных метеорологических станций Государственного гидрологического института и должна была положить начало широкому стационарному исследованию Авачинской губы и прилегающих к ней вод Тихого океана. Планировалось, что в дальнейшем Камчатская морская станция станет базой для развития всесторонних гидробиологических исследований в северной части Тихого океана, в первую очередь, в прикамчатских водах Охотского и Берингова морей. Одной из задач станции являлось также выполнение регулярных (четыре раза в год) гидрологических разрезов в Тихом океане на широте Авачинской бухты (с тех пор они стали традиционными и осуществляются до настоящего времени). Результаты этих работ позволяли получать информацию об общем характере режима вод вблизи восточного побережья Камчатки, сезонных изменениях основных гидрологических показателей в этом районе, что должно было иметь огромное значение для развивающегося здесь тралового промысла рыб. В соответствии с договором, заключенным с Государственным гидрологическим институтом, Тихоокеанский научный институт рыбного хозяйства (ТИРХ) принял решение создать в 1932 г. в Петропавловске-Камчатском своё отделение с четырьмя лабораториями – сырьевой, по технике и организации добычи, по обработке рыбопродукции и по экономике организации рыбного хозяйства на Камчатке (впоследствии отделение росло и развивалось и в 1995 г. стало самостоятельным Камчатским научно-исследовательским институтом рыбного хозяйства и океанографии). Предполагалось, что выполнение работ Камчатской морской станцией совместно с этим отделением ТИРХ будет эффективным для обеих организаций и позволит решить комплекс проблем по изучению морских гидробионтов и сырьевых ресурсов прибрежных вод Камчатки и, в первую очередь, Авачинского залива.

Под станцию выделили небольшого размера дом, расположенный в долине р. Гремучка (район современного Дома офицеров флота), в то время на расстоянии около 1 км от Петропавловска-Камчатского (Токранов, 2007б). В последующем здесь же на берегу Авачинской губы планировалось построить двухэтажное здание по специальному проекту (Ушаков, 1931в). Заведующим Камчатской морской станции стал Константин Александрович Виноградов (рис. 11), под руководством которого в течение пяти лет выполнялся широкий комплекс гидробиологических, ихтиологических и гидрологических исследований в Авачинской губе и прилегающих к ней водах Тихого океана (Жирмунский и др., 1985). Кроме К.А. Виноградова, в проведении исследований активно участвовал весь небольшой штат Камчатской морской станции: гидробиологи Н.Н. Спасский и М.Ю. Бекман, гидрохимик О.А. Фишман и гидролог В.Г. Стришин. В первое время работы вели в основном со шлюпок, но в 1934 г. станция получила собственный моторный бот-кавасаки (Токранов, 2007б), оборудованный для исследовательских работ на глубинах до 300 м. Кроме того, совместно со специалистами Камчатского отделения ТИРХ (с 1934 г. - Камчатского отделения ТИНРО) сотрудники станции проводили сбор материалов на моторно-парусной шхуне «Сосунов» (Ушаков, 1947).

Виноградов

Рис. 11. К.А. Виноградов

В целях выявления общего характера сезонных изменений, в Авачинской губе вблизи Петропавловского ковша был выбран опорный пункт, на котором в течение пяти лет ежедекадно производили комплексные гидрологические и гидробиологические наблюдения, а в Авачинском заливе эпизодически (по возможности ежемесячно) выполняли гидрологические разрезы до глубины 500 м. В результате этих наблюдений удалось установить связь сезонных изменений в Авачинской бухте и в прилегающих к ней водах Тихого океана. Декадные исследования на опорном пункте дали возможность сотрудникам Камчатской морской станции придти к определённым суждениям о годовых колебаниях гидрологического режима в этом районе, их связи с некоторыми биологическими явлениями. В частности, удалось связать с изменениями термических условий уловы сельди и появление в 1934 г. у берегов Камчатки ранее не известной для этих мест сардины иваси. Собранный материал позволил К.А. Виноградову совместно со специалистами Камчатского отделения ТИРХ сделать прогнозы о сроках подхода и отхода трески с удобных для промысла глубин и районов (Виноградов, 1935; Полутов, 1935). Наблюдения, проведённые в Кроноцком заливе Н.Н. Спасским, выявили зависимость миграций камчатского краба от гидрологических условий его обитания в данном районе и этим значительно облегчили поисковые работы крабодобывающих организаций АКО.

Детальные работы осуществлялись по изучению сезонных изменений планктона и состава бентоса юго-восточного побережья Камчатки. Сотрудниками Камчатской морской станции для района Авачинского залива была составлена довольно подробная карта основных донных биоценозов. На основании обстоятельного комплексного исследования различных бухт Авачинского и Кроноцкого заливов (Лиственничной, Русской, Вилючинской, Саранной, Авачинской, Бечевинской, Моржовой и некоторых других), удалось провести их типизацию по степени изоляции от моря, возникающей в результате образования кос и подводных барьеров, дать характеристику гидрологического режима и состава бентоса. Детальное изучение флоры и фауны литорали юго-восточного побережья Камчатки, выполненное в 1934-1935 гг. Н.Н. Спасским, позволило впервые получить представление о качественном, количественном составе и пространственном распределении населения приливно-отливной зоны. К сожалению, результаты этого исследования были опубликованы лишь в 1961 г. после смерти ученого (Спасский, 1961).

В целом в 1931-1935 гг. сотрудниками Камчатской морской научной станции выполнены обширные исследования, которые, по мнению П.В.Ушакова, в то время явились большим вкладом в изучение прибрежных вод юго-восточного побережья Камчатки. Но, к сожалению, в 1936 г. в связи с реорганизацией системы Гидрометеорологической службы, Камчатскую морскую научную станцию как самостоятельное подразделение закрыли. Её исследования, за исключением гидробиологических, впоследствии были продолжены и даже расширены вновь организованной при местном Управлении Гидрометеорологической службы станцией, преобразованной затем в Морскую обсерваторию. Стационарные же гидробиологические исследования в Авачинской губе и прибрежных водах Восточной Камчатки удалось возобновить лишь спустя почти полвека, когда в 1981 г. в Петропавловске-Камчатском был создан Камчатский отдел Института биологии моря ДВНЦ АН СССР.

Судьба сотрудников Камчатской морской станции в дальнейшем сложилась по-разному (Токранов, 2007а). Н.Н. Спасский перешел на работу в Камчатское отделение ТИНРО, М.Ю. Бекман впоследствии стала работать в Лимнологическом институте на Байкале. Заведующий станцией К.А. Виноградов, как и многие в те годы, не избежал тяжелых потрясений. Было сфабриковано дело об «отделении Камчатки в виде отдельного государства под эгидой Японии». В состав правительства нового государства, вместе с некоторыми другими камчатскими специалистами, будто бы входил и К.А. Виноградов, в связи с чем, его арестовали. Учёный все выпавшие испытания выдержал достойно и был полностью реабилитирован, однако это не могло не сказаться на его судьбе (Ушаков, 2002). В 1937 г. К.А. Виноградов переехал на Украину и вся его научная деятельность в дальнейшем связана с Академией наук УССР. В 1947 г. по материалам исследований, выполненных на Камчатке, Константин Александрович защитил в Зоологическом институте АН СССР докторскую диссертацию на тему «Фауна прикамчатских вод Тихого океана», явившуюся первой сводкой по морской фауне и флоре этого региона. К сожалению, диссертация так и не была опубликована целиком. В 1948-1950 гг. лишь несколько кратких научных сообщений, посвященных зоогеографической характеристике прибрежной морской фауны юго-восточной Камчатки, сезонным изменениям ихтиофауны Авачинской губы и особенностям биологии некоторых видов рыб, напечатаны в «Зоологическом журнале» и журнале «Природа» (Виноградов, 1948, 1949а, 1949б, 1950а, 1950б).

В 1932 г. началась деятельность Камчатского отделения ТИРХ (в последующем Камчатское отделение ТИНРО, а в настоящее время – Камчатский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии), сотрудники которого стали изучать рыб и других обитателей внутренних водоёмов Камчатки и прикамчатских вод. Одними из первых учёных вновь организованного научного подразделения, возглавившими исследования тихоокеанских лососей, были ихтиолог Ф.В. Крогиус (рис. 12) и гидролог-лимнолог Е.М. Крохин (рис. 13), приглашённые на Камчатку с Байкала организатором Камчатского отделения ТИРХ М.А. Фортунатовым (Токранов, 2008б). Штат нового научного подразделения в то время состоял всего из нескольких человек, большинство из которых, к тому же, только что закончили учебные заведения. На их фоне Ф.В. Крогиус и Е.М. Крохин выглядели опытными сотрудниками, поскольку уже имели трёхлетний научный стаж, а потому сразу же отправились на находящееся в бассейне реки Паратунка оз. Дальнее для сбора материалов по возрастному составу нерестящейся там нерки. Едва закончив эту работу, они получили задание провести исследования в бассейне Курильского озера, где воспроизводится одно из крупнейших азиатских стад нерки. И хотя начиналась осень, учёные, не задерживаясь, отправились в свою первую камчатскую научную экспедицию. Добирались до озера больше месяца - на автомобиле, лошадях, рыболовном кавасаки, катерах и, наконец, на лодке, таща её как бурлаки на бичеве вверх по реке Озерной. Как не спешили, но до зимы закончить запланированные работы не удалось. Лишь в январе 1933 г. они на нартах вернулись в Петропавловск-Камчатский. И хотя во время этой экспедиции Фаина Владимировна с Евгением Михайловичем не совершили великих открытий, именно тогда они заложили основу своих будущих комплексных исследований, собрав материалы, характеризующие термический и гидрохимический режим Курильского озера, планктон, бентос, а также морфологию и возрастную структуру нерестующего там стада нерки. Результаты этой экспедиции через несколько лет были изложены в монографии «Очерк Курильского озера и биологии красной в его бассейне» (Крохин, Крогиус, 1937а).


Рис. 12. Ф.И. Крогиус	Рис. 13. Е.М. Крохин

После этой первой, в жизни Ф,В,Крогиус и Е.М.Крохина было ещё немало экспедиций по обследованию труднодоступных рек и озёр п-ва Камчатка, требовавших выносливости и физической силы, привычки к тяжелому физическому труду. Пришлось ездить верхом на лошадях, управлять собачьей упряжкой и даже ходить на батах. Летом 1933 г. Ф.В. Крогиус и Е.М. Крохин выполнили комплексные исследования в бассейне р. Большая (Западная Камчатка), где воспроизводятся все виды тихоокеанских лососей. Результатом этих работ стал «Очерк бассейна р. Большой и нерестилищ лососевых, расположенных в нем» (Крохин, Крогиус, 1937б). Весной 1935 г. Е.М. Крохину удалось побывать на Кроноцком озере и собрать уникальные материалы по обитающей в этом водоёме нерке. Изучение шести её экземпляров, с большим трудом доставленных в институт, позволило им с Фаиной Владимировной впервые дать биологическую характеристику озёрной формы этого вида лососей на Камчатке (Крохин, Крогиус, 1936).

Но постепенно Ф.В. Крогиус и Е.М. Крохин пришли к выводу, что экспедиционный метод сбора научной информации не позволяет получить полного представления о биологии и условиях обитания нерки, а потому необходимы стационарные исследования. Для их организации было выбрано оз. Дальнее – небольшой водоём, расположенный всего в нескольких десятках километров от Петропавловска-Камчатского на противоположной стороне Авачинской губы и очень удобный для наблюдений. В 1937 г. на берегу этого озера возник первый на Камчатке круглогодичный наблюдательный пункт, на котором в течение многих лет учёные кропотливо изучали особенности формирования возрастной структуры и динамики численности нерки, закономерности её воспроизводства, состав и биомассу кормового зоопланктона, термический и гидрохимический режим водоема. В дальнейшем пункт был преобразован в Паратунскую экспериментальную лабораторию, где многие годы успешно выполнялись разнообразные исследования по экологии, биохимии, генетике и физиологии лососей (Крохин, 1968). Ф.В. Крогиус и Е.М. Крохину удалось создать на этом маленьком озере научный и культурный центр с хорошей библиотекой и лабораторным оборудованием (рис. 14). Само же озеро Дальнее стало, пожалуй, одним из наиболее изученных в мире пресноводных водоёмов, где в течение нескольких десятилетий без перерыва велись комплексные работы по изучению лососей и их среды обитания. Здесь проводили исследования специалисты из многих научных учреждений нашей страны. Летом же сюда приезжали на практику студенты и аспиранты из Москвы, Ленинграда, Владивостока и ряда других городов; некоторые из них именно отсюда начали свой путь в большую науку. Двое из многочисленных учеников Фаины Владимировны – С.М. Коновалов и В.Н. Акулин, впоследствии стали директорами Тихоокеанского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии.

Рис

Рис. 14. Наблюдательный пункт Камчатского отделения ТИНРО на оз. Дальнем,

на переднем плане р. Дальняя (начало июня 1974 г., фото А.М. Токранова)

В 1939 г. учёные успешно защитили кандидатские диссертации, посвящённые биологии нерки Курильского озера и условиям её воспроизводства в данном водоёме. Продолжая исследования, в 1949 г. они защитили докторские диссертации – Ф.В. Крогиус по биологии и динамике численности камчатской нерки, а Е.М. Крохин по исследованию озёр в бассейне р. Паратунка.

К началу 1960-х годов Фаиной Владимировной и Евгением Михайловичем был накоплен огромный массив фактических данных и возникла проблема, как свести воедино связи нерки со всеми обитателями озера и его условиями. И в это время на проходившем в Минске совещании озероведов они познакомились с молодым математиком В.В. Меншуткиным, представившим модель динамики численности окуня в одном из озёр Ленинградской области. Доклад их очень заинтересовал и они пригласили В.В. Меншуткина приехать на Камчатку, чтобы применить метод математического моделирования для изучения лососей. Первоначально была предпринята попытка создать модель стада озерновской нерки. Но она не учитывала сложных зависимостей величины стада нерки с окружающей средой, так как не хватало первичных материалов. Такие уникальные научные данные имелись лишь для озера Дальнего. Результаты 30-летних наблюдений Ф.В. Крогиус и Е.М. Крохина позволили создать кибернетическую модель, которая свела воедино все многообразие взаимоотношений обитателей озера и происходящих в нем процессов. Научная работа «Сообщество пелагических рыб озера Дальнего (опыт кибернетического моделирования)» (Крогиус и др., 1969) получила высокую оценку специалистов, так как была несомненным шагом вперед в экосистемных исследованиях, а всем трём учёным – Ф.В. Крогиус, Е.М.Крохину и В.В. Меншуткину в 1971 г. за неё была присуждена Государственная премия СССР.

Одним из организаторов регулярных исследований биологии и состояния запасов морских промысловых рыб у берегов Камчатки в Камчатском отделении ТИРХ стал И.А. Полутов (рис. 15), первое знакомство которого с Камчаткой состоялось в 1927 г. (Токранов, 2008б). Его, тогда еще студента Дальневосточного университета, пригласил к себе директор Тихоокеанского института рыбного хозяйства (ТИРХ, затем - ТИНРО, а сегодня – ТИНРО-центр), профессор А.Н. Державин и предложил поработать заведующим пунктом на рыбных промыслах М.М. Люри на реке Кихчик. За два промысловых сезона (1927-1928 гг.) И.А. Полутову удалось собрать и обработать материалы для дипломной работы, руководителем которой стал Г.У. Линдберг, впоследствии выдающийся российский учёный. Защита прошла успешно и в ТИРХе молодому специалисту предложили совершить ещё одну поездку на Камчатку, теперь уже в Олюторский район для основания там в устье реки Апука постоянного наблюдательного пункта, куда он и отправился в начале лета 1929 г. Отработав два летних сезона в Олюторском районе, осенью 1930 г. И.А.Полутов вновь вернулся во Владивосток, где в течение последующего года вел обработку собранных материалов. В это время началась подготовка большой совместной Тихоокеанской комплексной экспедиции ТИРХ, Государственного гидрологического института и Академии наук. В состав экспедиции входило 8 судов, благодаря которым исследованиями были охвачены прибрежные воды всех дальневосточных морей. Для работы на одном из этих судов – траулере «Пластун», привлекли и И.А. Полутова (ранее в 1931 г. на этом судне ему уже довелось проводить работы по поиску и траловому лову трески в Анадырском заливе). В течение летнего периода 1932 г. научная группа и экипаж судна выполнили ихтиологические и гидрологические исследования у Западной Камчатки и в северной части Охотского моря, которые впервые позволили получить достаточно полное представление о распределении, местах образования скоплений и численности таких промысловых рыб, как треска и камбалы (в частности уточнить границы знаменитой «Явинской» камбальной банки). По окончании работы комплексной экспедиции все участвовавшие в ней суда, в том числе и траулер «Пластун», собрались в порту Петропавловска-Камчатского. Именно здесь директор Камчатского отделения ТИРХ М.А.Фортунатов предложил И.А. Полутову и его коллегам К.И. Панину и М.Л. Альперовичу перейти работать в это отделение. И хотя Иннокентий Александрович сразу дал свое согласие, на постоянную работу в КоТИРХ он смог прибыть только в конце 1933 г., поскольку был уже запланирован в другой исследовательский рейс в Охотское море.

Со времени организации весной 1932 г. Камчатского отделения ТИРХ, наряду с другими направлениями исследований, особое внимание постоянно уделялось изучению биологии и состояния запасов морских рыб в прибрежных водах Камчатки. Об этом свидетельствует тот факт, что в числе первых проблем, включенных в тематический план созданного на полуострове научного подразделения, значилось – исследование сырьевой базы тихоокеанской трески для ведения её промысла в Авачинском заливе. Поэтому уже в 1934 г. Камчатское отделение ТИНРО организовало масштабную по тем временам комплексную экспедицию по изучению состояния запасов и возможностей промыслового использования трески. Руководителем этой экспедиции стал И.А. Полутов. Работы велись как непосредственно в Авачинском заливе на кавасаки, мотоботе и шхуне «Сосунов», так и на береговой тресковой базе Авачинского рыбокомбината АКО в бухте Тарья, где в 1934-1936 гг. сотрудники КоТИНРО в летне-осенние месяцы собирали информацию о биологическом состоянии трески. Итоги этих первых работ обобщены И.А. Полутовым в работе «Треска Авачинского залива» (1948), в которой приведены сведения о сезонном распределении и миграциях, размерно-возрастном составе, сроках созревания и нереста, а также питании данной промысловой рыбы.

Помимо изучения трески, в 1943 г. И.А. Полутову довелось принять участие в работе экспедиции по промыслу весенней сельди в Пенжинской губе и заливе Шелихова. Но, по-настоящему, развитие морских исследований в Камчатском отделении ТИНРО началось только в послевоенный период. В конце 1940-х годов в отделении работало всего два морских ихтиолога – И.А. Полутов и К.И. Панин, первый из которых и обеспечивал в те годы исследования всех донных рыб у западного и восточного побережий Камчатки. В связи с развитием в этот период прибрежного и экспедиционного промысла дальневосточными рыбаками трески и камбал у берегов Камчатки, в 1950 г. в КоТИНРО была создана лаборатория промысловых морских рыб, руководил которой до ухода на пенсию в 1970 г. И.А. Полутов. Как истинный ученый, не обходил он своим вниманием случаи поимок в прикамчатских водах различных редких и теплолюбивых рыб (Полутов, 1954), а также необычные природные явления (например, массовую гибель минтая у Западной Камчатки) (Полутов, 1965), о чем неоднократно рассказывал в публикациях. Понимая важность популяризации научных знаний, И.А. Полутов организовал выпуск небольших книжек под названием «Календарь рыбака Камчатки», которые в 1940-1960-е годы пользовались у рыбаков несомненным успехом. Позднее, совместно с коллегами по работе им была опубликована книга «Промысловые рыбы Камчатки» (Полутов и др., 1966), где впервые в краткой форме обобщена информация о биологии, закономерностях распределения и состоянии запасов в 1960-е годы многих промысловых и потенциально промысловых рыб в прикамчатских водах. В частности, И.А. Полутов ещё в те времена неоднократно высказывал мнение о возможности промысла минтая у берегов Камчатки. И хотя многие руководящие работники считали тогда это мнение беспредметным, жизнь полностью подтвердила правоту учёного, поскольку сегодня минтай служит одним из основных промысловых объектов в северной части Тихого океана.


Рис. 15. И.А. Полутов	Рис. 16. И.И. Куренков

Посещая в процессе экспедиционных работ реки и озера полуострова, сотрудники Камчатского отделения ТИНРО, наряду с изучением биологии лососей, собирали и передавали на определение специалистам различных институтов некоторых водных беспозвоночных. Так, например, Н.Н. Воронихиным и Н.А. Акатовой по материалам, собранным в 1934 г. Е.М. Крохиным и Ф.В. Крогиус, были обработаны и опубликованы в 1937 г. данные о фито- и зоопланктоне оз. Курильского, являющиеся первыми литературными сведениями о количественном составе озерного планктона в одном из водоемов Камчатки (Бугаев, Кириченко, 2008).

В 1951 г. сотрудником Камчатского отделения ТИНРО И.И. Куренковым (рис. 16) была начата инвентаризация беспозвоночных пресных и солоноватых вод Камчатского полуострова, завершившаяся опубликованием фаунистического списка из 412 видов, 159 (около 39%) из которых для рек и озер полуострова указаны впервые (Куренков, 1967). В дальнейшем этот список непрерывно уточняли и дополняли последующие исследователи.

В 1955 г. в Камчатском отделении ТИНРО положено начало морским исследованиям тихоокеанских лососей, которое возглавил И.Б. Бирман (рис. 17). Участвуя в первых морских экспедициях по изучению преднерестовых и нерестовых миграций этих рыб к российским берегам, он пришёл к выводу, что для более успешного достижения результатов необходимо специализированное подразделение. Поэтому в 1960 г. была организована лаборатория морских исследований лососей, в которой под руководством И.Б. Бирмана и при его непосредственном участии к середине 1970-х годов собран огромный фактический материал по условиям обитания, распределению и локализации стад лососей во время нагульных миграций в океане, питанию, пищевым взаимоотношением, изменению их кормовой базы. Оперативная обработка сотрудниками лаборатории массива биостатистических данных, поступавших с российских и японских судов, позволяла Иосифу Бенционовичу успешно выступать в качестве эксперта на сессиях Советско-Японской рыболовной комиссии, внося немалый вклад в регулирование японского дрифтерного промысла лососей в океане. Итогом многолетних исследований лососей в морских водах стала докторская диссертация И.Б. Бирмана «Морской период жизни и вопросы динамики стада тихоокеанских лососей», успешно защищенная им в 1975 г. Основная часть этого исследования была опубликована в виде отдельной книги с аналогичным названием через 10 лет в 1985 г. (Бирман, 1985), уже после смерти автора (в 2004 г. вышло её второе издание). В процессе анализа собранных материалов И.Б. Бирманом впервые была выявлена связь циклических колебаний численности дальневосточных лососей с солнечной активностью и заложена основа долгопериодного прогнозирования изменения их запасов. Позже, используя достижения учёных в смежных областях (метеорологии, климатологии, океанологии и др.), учёный распространил выявленные закономерности и на других рыб, в частности на тихоокеанскую сельдь.

Бирман

Рис. 17. И.Б. Бирман

К концу XX века штат научных сотрудников и специалистов Камчатского отделения ТИНРО достиг значительной численности, возник целый ряд новых лабораторий и появилось много высоко квалифицированных специалистов, в связи с чем, в 1995 г. оно было преобразовано в самостоятельный Камчатский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии (КамчатНИРО), сотрудники которого сегодня занимаются широким спектром научных проблем, используя в своей работе как традиционные, так и самые разнообразные новые методы и подходы.

Наряду с созданием и функционированием в Петропавловске-Камчатском Камчатского отделения ТИНРО, различные отраслевые и академические научно-исследовательские институты, по-прежнему, продолжали выполнять в прикамчатских водах широкий спектр самых разнообразных исследований по изучению морских гидробионтов этого региона. В 1951-1955 гг. Институтом океанологии АН СССР были проведены широкомасштабные исследования по изучению планктона, бентоса и рыб в шельфовых зонах Корфо-Карагинского района Берингова моря, Камчатского и Кроноцкого заливов, юго-восточной Камчатки и северных Курильских островов (Кузнецов, 1959, 1963; Храпкова, 1959, 1961а, 1961б, и др.), что позволило получить более объективное представление о количественном распределении промысловых и потенциально промысловых рыб в прикамчатских водах (Расс, 1959). В 1950-е годы на океанографическом судне этого института «Витязь» у берегов Камчатки были выполнены комплексные океанологические исследования ультраабиссальных глубин Курило-Камчатской впадины. В процессе проведения экспедиций «Витязя» уточнён подводный рельеф дна восточного побережья Камчатки и северных Курильских островов, получена информация о гидрологии, гидрохимии, донных осадках, видовом составе и биологии глубоководных морских обитателей (Расс и др., 1982). Описан целый ряд новых для науки видов беспозвоночных различных систематических групп и рыб (Расс, 1955). В 1953 г. с глубины 7210-7230 м на широте о. Парамушир впервые выловлен один из самых глубоководных представителей ихтиофауны, названный морским слизнем Pseudoliparis amblystomopsis (Андрияшев, 1955) (рис. 18).

Рис

Рис. 18. Глубоководный морской слизень (из: Андрияшев, 1955), описанный А.П.Андрияшевым с ультраабиссальных глубин Курило-Камчатской впадины

В 1980 г. в ТИНРО была создана лаборатория прикладной биоценологии, сотрудники которой под руководством В.П. Шунтова стали применять для изучения рыб дальневосточных морей экосистемные подходы. В течение 1980-1990-х годов на научно-поисковых судах было выполнено несколько десятков крупных комплексных экспедиций, охвативших исследованиями всю дальневосточную экономическую зону России, в том числе прикамчатские воды. Собранные в процессе этих экспедиций новые данные и теоретические обобщения позволили получить обширную информацию о составе, структуре и некоторых функциональных характеристиках донных шельфовых и пелагических ихтиоценов прибрежных вод Камчатки и сопредельных морских акваторий (Борец, 1997), а также во многом изменить представления о природе дальневосточных морей и масштабах их биоресурсов (Шунтов и др., 1990; Шунтов, 1995).

В 1971 г. в нижнем течении протоки Азабачьей, соединяющей одноимённое озеро с р. Камчаткой, была создана биостанция «Радуга» Института биологии моря ДВО АН СССР (ныне — ДВО РАН), которая сыграла большую роль в изучение видового состава рыб и биологии целого ряда водных и наземных животных. В 1970–1980–х годах сотрудниками этой станции под руководством С.М. Коновалова (рис. 19) проведены широкомасштабные популяционные и генетические исследования производителей нерки на нерестилищах оз. Азабачьего, результаты которых были обобщены в его монографии (Коновалов, 1980).

В 1977 г. группа известных учёных Камчатского отделения ТИНРО (И.Б.Бирман, Ф.В.Крогиус, И.И.Куренков и И.И.Лагунов) обратились в Камчатский обком КПСС с предложением организовать в Петропавловске-Камчатском отделение Института биологии моря (с последующим преобразованием его в самостоятельный научно-исследовательский институт) для комплексного исследования биологических ресурсов шельфа с целью выработки рекомендаций по их рациональному использованию. При этом они разработали весьма подробную и хорошо аргументированную примерную программу работ. Главной причиной создания такого научного подразделения, по мнению учёных, была назревшая в те годы необходимость изучения не только биологии и динамики численности промысловых рыб, но и всего комплекса живых организмов прибрежных вод Камчатки, а также среды их обитания. В связи с отраслевой принадлежностью, развивать подобные исследования в самом Камчатском отделении ТИНРО тогда не представлялось возможным.


Рис. 19. С.М. Коновалов		Рис. 20. В.В. Ошурков

Камчатский обком КПСС поддержал предложение учёных и обратился в Президиум Дальневосточного научного центра АН СССР с соответствующим письмом. И в сентябре 1981 г. Президиум ДВНЦ, а затем и Президиум Академии наук СССР приняли решение о создании Камчатского отдела Института биологии моря в Петропавловске-Камчатском, главным направлением работ которого стало изучение биологии обитателей прибрежных вод Камчатки и прилегающих морских акваторий с целью рационального использования биологических ресурсов этого региона.

Ядром вновь организованного Камчатского отдела Института биологии моря ДВНЦ АН СССР явилась лаборатория биоресурсов шельфа, которая впоследствии была переименована сначала в лабораторию бентосных сообществ, а затем – в лабораторию гидробиологии. Её коллектив, состоящий в основном из молодых сотрудников, выпускников различных университетов под руководством Владимира Васильевича Ошуркова (рис. 20) в 1982-1985 гг. развернул исследования по изучению видового состава и биологии основных систематических групп животных и водорослей в Авачинской губе и сопредельных водах с использованием легководолазного оборудования (Токранов, 2011). Уже первые погружения сотрудников отдела в Авачинской губе показали, что, несмотря на опреснение и значительное загрязнение этого водоёма, на глубине в несколько метров здесь сохранились достаточно богатые по видовому разнообразию и биомассе сообщества донных организмов. В последующие годы учёные исследовали видовой состав и экологию биологических обрастаний в Авачинской губе. Оказалось, что доминирующим видом в сообществах обрастания здесь является съедобная мидия, обилие которой столь велико, что она могла быть использована как объект марикультуры для получения пищевого или кормового продукта, а также как источник биологически активных веществ.

Во второй половине 1980-х и 1990-х годах сотрудники лаборатории гидробиологии, продолжая изучение морских обитателей прикамчатских вод, провели нескольких комплексных экспедиций на шельфе восточной Камчатки, северных Курильских и Командорских островов. Результаты исследований данного района прикамчатских вод легли в основу опубликованного в 1997 г. сборника «Донная флора и фауна Командорских островов» (1997), получившего высокую оценку специалистов-гидробиологов. Детальные работы в эти годы осуществлялись и по изучению такого грозного природного явления как «красные приливы», периодически возникающие в акватории Авачинской губы. Сотрудниками лаборатории были выполнены исследования по биологии важнейших промысловых видов водорослей и конкурентных отношений между ними, что позволило выявить перспективные объекты для марикультуры. На основании обстоятельного комплексного обследования прибрежных вод юго-восточной Камчатки, удалось дать характеристику бентоса их мелководной зоны, установить закономерности пространственно-батиметрического распределения и выяснить места образования скоплений морских ежей, мидии и некоторых других двустворчатых моллюсков, являющихся потенциальными промысловыми объектами у берегов Камчатки. Итоговым результатом многолетних исследований коллектива лаборатории под руководством В.В. Ошуркова стала его докторская диссертация, посвященная выяснению закономерностей изменений состава прибрежных бентосных сообществ, успешно защищенная в декабре 1993 г. в Зоологическом институте РАН.

За прошедшие годы сотрудниками лаборатории гидробиологии этого научного подразделения (в 1986 г. Камчатский отдел Института биологии моря был реорганизован в Камчатский отдел природопользования Тихоокеанского института географии, который в 1991 г. преобразован сначала в Камчатский институт экологии и природопользования, а в 2002 г. - вновь в Камчатский филиал Тихоокеанского института географии ДВО РАН) описано более 50 новых видов морских животных и водорослей, как из прибрежных вод Камчатки, Курильских и Командорских островов, так и из других районов Мирового океана; а также опубликовано в отечественных и зарубежных научных изданиях свыше 500 работ на самые различные темы – от проблем осадконакопления до видового состава флоры и фауны прикамчатских вод, особенностей биологии и распределения различных видов рыб, беспозвоночных и водорослей, практических рекомендаций по развитию марикультуры у берегов Камчатки.

В течение последнего десятилетия, наряду с другими исследованиями, специалистами Камчатского филиала ТИГ ДВО РАН ведётся мониторинг морских обитателей охраняемой акватории памятника природы «Остров Старичков» (рис. 21). Использование современных методик (прижизненное наблюдение в естественных условиях, подводная фото- и видеосъемка, генетические исследования, методы компьютерного анализа) и применение нетрадиционных орудий лова, позволило во многом изменить представление о видовом составе и численности отдельных представителей прибрежной фауны, а также получить много новой информации об образе жизни и особенностях поведения целого ряда гидробионтов у берегов Камчатки.

Остров Старичков сверху

Рис. 21. Остров Старичков (фото В.Е. Кириченко)

Благодаря грантовой поддержке Русского географического общества и различных зарубежных природоохранных организаций в 2000-е выполнены исследования таких морских млекопитающих как крупные китообразные и ластоногие. В процессе изучения популяционной структуры, распределения и районов концентраций в тихоокеанских водах Камчатки, Командорских островов и Чукотки нагульных скоплений горбачей, в последние годы широко используется метод их фотоидентификация по форме и окраске хвоста (Бурдин и др., 2009). Формирование каталогов и компьютерных баз данных этих морских млекопитающих позволяет достаточно достоверно определять по фотографиям популяционную принадлежность горбачей, приходящих в российские территориальные воды, и наличие обмена между районами нагула.

Наряду с фотоидентификацией, в настоящее время в исследованиях ластоногих и китообразных сотрудниками КФ ТИГ ДВО РАН широко используется их мечение с помощью радио- и спутниковых меток, а также нанесения тавро. Таврение ластоногих позволяет исследователям, не беспокоя животных, регистрировать с помощью оптических средств нанесённое тавро на значительном расстоянии и устанавливать их происхождение, а радиометки – нахождение в море, на лежбищах, частоту, длительность погружения и время, проведённое на поверхности. Использование спутниковых меток даёт специалистам целый комплекс информации о передвижении ластоногих и китообразных в любое время года, что, как правило, невозможно получить другими методами (Бурдин и др., 2009).

Кроме мечения, активно используется взятие материала на биопсию. При работе с крупными китами для этого применяются специальные арбалеты с плавучими стрелами, которые при удачном попадании позволяют взять пробу кожи с кусочком подкожного жира (Бурдин и др., 2009). Последующие биохимические и молекулярно-генетические исследования этого материала дают возможность оценить степень загрязнения мест обитания китов, а также определить их возраст, пол и принадлежность к определённой популяционной группировке.

В последние годы при изучении биологии и популяционной структуры ластоногих широко используются различные технические средства, в том числе: 1) специальные фотокамеры, работающие на солнечных батареях и автономно снимающие на съёмный электронный накопитель в течение нескольких месяцев с заданной периодичностью определённые сектора лежбищ с находящимися там зверями; 2) прикреплённые к головам животных видеокамеры, позволяющие получить представление о способах и стратегиях добывания ими пищи; 3) квадрокоптеры, дающие возможность оценить численность ластоногих на лежбищах, не вызывая у них особого беспокойства.

Внедрение в биологические исследования прибрежно-морских обитателей на Камчатке перечисленных методов и технических средств позволяет сегодня поднять их на новый уровень, и получить ответы на целый ряд вопросов, решение которых невозможно традиционными методами.

Одновременно с возникновением научно-исследовательских организаций, на территории Камчатки постепенно стала формироваться система таких особо охраняемых природных территорий как заповедники, заказники и природные парки. Несмотря на довольно ограниченный штат научных сотрудников, этими природоохранными организациями, особенно Кроноцким и Командорским государственными биосферными заповедниками (совместно с другими научными центрами), за время их существования выполнены довольно разнообразные работы по изучению видового состава фауны на особо охраняемых территориях, а также распространения и образа жизни многих редких и уязвимых видов животных.

И, наконец, с начала 90-х годов прошлого столетия, различные направления морских экологических исследований стали развиваться в некоторых высших учебных заведениях Камчатки, в первую очередь, в Камчатском государственном техническом университете, где сформировалась целое направление по изучению водорослей-макрофитов прикамчатских вод.

Благодаря совместным усилиям специалистов разных научно-исследовательских и природоохранных организаций, в 2006-2007 гг. удалось впервые подготовить и издать «Красную книгу Камчатки», которая даёт представление о редких, малоизученных или уязвимых, а потому нуждающихся в охране видах животных и растений Камчатки и прилегающих морских акваторий (Красная книга…, 2006, 2007). В 2018 г. после актуализации видового состава и дополнения вновь полученными данными вышло её второе издание (Красная книга…, 2018а,б), в которое вошли водоросли-макрофиты, пресноводные водоросли и губки, двустворчатый моллюск камчатская жемчужница, осетровые и лососёвые рыбы, водные и околоводные птицы, а также ластоногие, китообразные и калан.

Начиная с 2000 г., по инициативе Камчатского института экологии и природопользования (в настоящее время – Камчатский филиал Тихоокеанского института географии) ДВО РАН и Камчатской Лиги Независимых Экспертов в Петропавловске-Камчатском ежегодно проводятся научные конференции (на сегодняшний день их состоялось девятнадцать), посвященные проблемам сохранения биологического разнообразия Камчатки и прилегающих морей (Токранов, 2015; Токранов, Бочарников, 2018). Они вызывают большой интерес у специалистов, занимающихся изучением и охраной флоры и фауны Камчатки, поскольку в процессе проведения конференций их участники могут познакомиться с результатами исследований представителей животного и растительного мира полуострова и окружающих его морских акваторий, а также обсудить целый ряд различных проблем, в том числе таких как, состояние изученности отдельных групп флоры и фауны, современная численность различных видов растений и животных, формирование системы особо охраняемых природных территорий, степень антропогенного и техногенного воздействия на наземные и водные экосистемы полуострова и многие другие. Учитывая необычайную важность и актуальность темы конференций, а также заинтересованность в участии иностранных специалистов, с 2006 г. им присвоен статус международных. В ноябре 2018 г. состоялась очередная ХIX международная научная конференция «Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих к ней морей», на которую поступило свыше 90 материалов от специалистов различных отечественных научных центров и природоохранных организаций, а также от учёных из США, Японии, Южной Кореи, Беларуси и Латвии, которые совместно с российскими коллегами выполняли свои исследования на территории Камчатки и в прилегающих к ней морских акваториях.